Черты традиционного индуизма не всегда очевидны в мандирах. Пища будет вегетарианской, однако известно, что посетителей приглашают в кухню, чтобы они посмотрели, как пища приготавливается (не следует предполагать, что семья, куда они придут в гости, будет разделять такую точку зрения). Несмотря на сказанное выше, президент не обязательно будет брамином, и в руководстве могут быть женщины. Фактически, мандиры — это инструменты развития новой концепции индуизма, в основе которой — община верующих и единство веры. Мы несколько раз выдвигали предположения, что в Индии существуют индусы и индуизмы; можно сказать, что сейчас появляется еще один новый индуизм, по мере того как различия уступают место акценту на некие основные существенные моменты и единство. Порядок проведения культовых обрядов часто приходится менять и ограничивать во времени в зависимости от наличия людей, которые могут их проводить. Возрастающий приток иммигрантов сделал возможным нанимать жрецов в мандиры на полный рабочий день, однако многие из них действуют только по воскресеньям или вечерами, когда люди освобождаются от своих повседневных обязанностей.

Передача культурных ценностей сознательный процесс, потребность в котором никогда не возникала в Индии, где расширенная семья и деревня воспитывают детей в соответствии с родительскими и социальными аспектами их дхармы. Здесь же бабушки и дедушки отсутствуют, у родителей нет времени рассказывать истории своим детям или совершать пуджу, которую дети могут наблюдать и в которую они постепенно вовлекаются. В мандирах или в школах, снятых на выходные дни, существуют классы, где детям преподают гуджарати, хинди или пенджаби, а также музыкальные и танцевальные классы. Мы уже отмечали позитивный вклад ISKCON в обеспечение индусских детей книгами на английском языке, которые они могут читать и показывать учителям в школе, уверенные, что книги произведут хорошее впечатление на учителей, которые, возможно, были бы склонны давать отрицательные комментарии по поводу качества печатной продукции из Индии. Привлекается также внимание к потенциальной возможности для детей узнавать побольше об индуизме в рамках уроков религиозного образования в школе, и таким образом их самооценка могла бы вырасти. Однако, к сожалению, мы вынуждены признать, что образовательная система в странах диаспоры чаще представляет собой угрозу для индусских, мусульманских, сикхских и еврейских детей, так как, помимо религиозного образования (в тех странах, где в учебный план введен этот предмет, и в тех школах в Великобритании, где к нему относятся серьезно), учебный план не уделяет совсем или почти не уделяет внимания языку, истории, музыке, литературе или этике той культуры, которую эти дети приносят в школу. Немало существует представителей второго поколения эмигрантов, которые забыли традиции своих отцов, так как им косвенно внушили мысль о ненужности таких традиций за пределами Индии, земли, на которую они никогда не вернутся. Это не стопроцентно полная картина, но она вполне типична для многих индусов, родившихся в Великобритании. Многих из них толкает назад к традиции расизм, поскольку до их сведения было доведено, что они не британцы. Другие, благодаря позитивным причинам, вырастают в обстановке индусских культурных ценностей, посещают мандиры, соблюдают посты, отмечают праздники и развивают свою духовность, будучи при этом членами британского общества «фаст фуд» (быстрого приготовления)! Роберт Джексон и Элеанор Несбит документально воспроизвели эти факты во всех подробностях в отношении Ковентри (книга «Индусские дети в Великобритании», Tretham Books, 1993).